Президент России Владимир Путин заявил, что его страна готова пересмотреть свои позиции и реструктуризировать 3-миллиардный долг Украины, сроки платежа которого истекают в декабре. Однако Запад должен убедить Россию в том, что ей следует сделать нечто большее, чтобы урегулировать кризис, который она сама спровоцировала.
На протяжении большей части этого года Украина пыталась добиться реструктуризации долга, необходимой для постепенного восстановления ее разрушенной войной экономики, а также выполнить условия соглашения, в соответствии с которым Международный валютный фонд выделил ей 40 миллиардов долларов. Правительство Украины заключило сделку с владельцами облигаций, которая частично дала ему то, в чем оно сейчас нуждается, а именно четырехлетнюю отсрочку платежа и 20-процентное списание основной суммы обязательств.
Однако при заключении этого соглашения отсутствовала Россия, которая в конце 2013 года купила украинские облигации на сумму 3 миллиарда долларов, чтобы поддержать тогдашнего президента Виктора Януковича. По мнению многих экспертов, те деньги стали платой за отказ Януковича от подписания договора об ассоциации с Евросоюзом – именно это решение спровоцировало массовые протесты, обернувшиеся его уходом из власти.
Один из аргументов России в пользу полного возврата долга заключался в том, что, будучи суверенным кредитором и членом МВФ, она имеет право блокировать выделение кредитов Украине. Кроме того, обладая способностью вновь разжечь вооруженный конфликт и прервать поставки природного газа, она имела несколько весьма серьезных - негласных военных и экономических - аргументов.
В настоящее время ситуация изменилась. МВФ ясно дал понять, что он может предоставить Украине кредит, даже если ее правительство не вернет России долг в декабре. А Путин, столкнувшийся с перспективой длительной рецессии, заинтересован в том, чтобы добиться ослабления западных санкций в начале следующего года. Он предложил растянуть выплату украинского долга на следующие три года – такой план реструктуризации оказался менее жестким, чем хотели владельцы облигаций.
МВФ должен воспользоваться этой возможностью, чтобы потребовать от России более значительных уступок: в конце концов, эти деньги были получены коррумпированным лидером вопреки интересам украинского народа. Чем больше будет платить Украина, тем больше средств МВФ будут уходить в страну, которая, аннексировав Крым и поддержав пророссийское восстание, сыграла ключевую роль в подрыве украинской экономики. Россия как минимум должна ожидать такого же отношения, как и частные кредиторы.
Украине предстоит преодолеть множество препятствий на пути к восстановлению, включая повсеместную коррупцию и военный конфликт. Самое малое, что сейчас может сделать Запад, это убедиться, что невыносимое бремя долгов не является одним из таких препятствий. И списание долга должно в значительной мере в этом помочь.
* * *
Антон Табах, Carnegie Moscow Center:
На "кошачьем" саммите G20 в Анталье российский президент не только удивил мир личной встречей со своим американской коллегой, но и сделал довольно интересное заявление по урегулированию одной из главных проблем российско-украинских отношений – проблеме украинского долга 3 млрд долл. российскому ФНБ. По словам Путина, Россия согласна отсрочить его выплату и получить его не в декабре этого года, а равными долями в декабре 2016–2018 годов.
С одной стороны, это заявление (как и сделанное накануне заявление министра финансов РФ) – интересное предложение Украине и реальное начало долговых переговоров. С другой стороны, сама Украина официальных предложений по реструктуризации не делала – угрозы премьера Яценюка о дефолте не считаются, – поэтому заявление скорее отражает стартовую позицию российской стороны, а не согласие на конкретный вариант. При этом в нем хорошо виден формат будущей реструктуризации, приемлемый для всех реальных участников процесса переговоров, а не интернет-клаки и особо буйных депутатов, и патриотических экономистов в обеих странах.
Как уже писалось ранее, вариант, согласованный Украиной с частными кредиторами (списание 20% долга, достаточно высокая ставка по купону, отсрочка всех выплат на 4 года – что более значимо для короткого, чем для длинного долга), не устраивает Россию. Наш Минфин не может потерять лицо и согласиться на списание тела долга. Это противоречит позиции Москвы, что это межправительственный долг. По понятиям долгового рынка и МВФ, межгосударственные долги священны, защищены от списаний и прощаются по совершенно иным принципам, чем частные.
Основным вопросом тут будет, зачем межправительственный долг оформляли как рыночные облигации – хотя их никто не продавал, при традиционном формате кредитов сложностей не было бы. И вопрос этот могут задать ведомства, с которыми сотрудники Минфина не слишком жаждут общения.
С другой стороны, сроки погашения и уровень купона для российского Минфина менее важны, чем для частников, дрожащих над своими долларами и евро. В конце концов, Россия (и не только Россия) регулярно растягивает погашение долгов на десятки лет. В Москве также понимают, что у Украины денег на погашение нет, МВФ их просто так не даст, судебных перспектив дело не имеет. В Киеве достаточно много сторонников объявления этого долга одиозным, хотя их основных идеологов уже убрали из правительства. А если будет просто дефолт, то мешать жить Украине будет, конечно, возможно, но не слишком перспективно. Лучше закрепить права на выплаты и получить хоть что-то.
С финансовой точки зрения, растягивание выплаты долга на три года дает России некоторое преимущество перед частными кредиторами Украины (по облигациям, погашавшимся в 2015 году) – для полной эквивалентности рассрочка должна была быть около четырех лет при 5%-ном купоне (как по существующей облигации) и ближе к пяти годам при купоне, сопоставимом с тем, который Киев предложил частникам, с погашением равными долями. Требование равного отношения к кредиторам pari passu включено в соглашения о реструктуризации с частными кредиторами, и на нем настаивает МВФ – это даст Украине повод поторговаться с Россией о более длинной рассрочке. Ворранты – условные ценные бумаги на рост украинского ВВП, на наш взгляд, особой ценности не имеют, и для Минфина РФ точно неинтересны.
То, что Россия требует в этом вопросе гарантий от ЕС и США, тоже понятно. Деньги на обслуживание долга при прогнозируемом состоянии украинского бюджета и резервов придут либо от МВФ, либо от США или Евросоюза. Выпуски долга под американские гарантии Украина уже проводила. Вряд ли в данном случае удастся получить формальную гарантию, но неявные обещания денег в моменты погашения вполне возможны. А Киев будет более сговорчив, зная, что платить в итоге придется не украинскому бюджету, а зарубежным кредиторам. Точно так же перспектива получения денег от МВФ существенно ускоряла переговоры с частными кредиторами летом.
Предложенный формат реструктуризации позволит всем сторонам достичь своих целей. Москва сохранит лицо и застолбит право на выплаты, хоть и в рассрочку. Киев избежит неприятных последствий дефолта. МВФ сможет объявить о выполнении своих требований. Для того чтобы избежать дискриминации частных кредиторов, скорее всего, срок рассрочки будет несколько больше, а выплаты сделают полугодовыми. В итоге вопрос о долге уйдет с российско-украинской повестки дня, оставив сторонам силы и время для бодания по газу, торговле, авиасообщению.
